В последнее время на Украине широко распространилось явление, которое я не могу назвать иначе, как добровольной коллективной шизофренией. Большое количество людей старательно игнорируют объективную реальность. И ладно бы это были малограмотные сельские жители, так нет — вполне образованные горожане, имеющие доступ не только к «зомбоящику» подцензурного украинского ТВ, но и к источникам альтернативной информации в интернете.
Несмотря на это, все они слово в слово повторяют одни и те же лживые пропагандистские штампы. Реальность постоянно опровергает их воображение, но они то ли не понимают этого, то ли просто не сознаются. Что неизбежно приводит к когнитивному диссонансу в масштабах страны.
Реальность: согласно всем классическим политологическим определениям, в Киеве произошел олигархический вооруженный переворот. В результате которого к власти пришли персонажи, которые никогда не смогли бы прийти к ней путем выборов.
Воображение не верит: к власти пришли демократы и евроинтеграторы.
Реальность терпеливо доказывает: Турчинов узурпировал власть, прямо нарушая Конституцию и другие законы Украины. «И.о. президента» не может быть Верховным главнокомандующим, не имеет права назначать министров силового блока, имеет ряд других существенных ограничений полномочий по сравнению с настоящим президентом (все это грубо нарушается Турчиновым и компанией). Кроме того, Турчинов совмещает должности глав законодательной и исполнительной власти. Последним, кто присвоил себе аналогичные полномочия, был Адольф Гитлер.
Воображение не уступает: у нас торжество демократии.
Реальность: на евромайдане даже в пиковые его дни было меньше 1% населения Украины. К тому же, по данным социологов, примерно 65–70% его участников — это безработные жители сельской местности с Западной Украины. Поэтому евромайдан — это незначительное меньшинство украинцев, к тому же не репрезентативное.
Воображение: «це воля народу».
Реальность: идет жесточайшая цензура. Почти все телеканалы и большинство новостных сайтов вещают «единственно правильную линию партии». Несогласных и инакомыслящих запугивают, избивают, арестовывают и подвергают травле.
Воображение: наступила свобода.
Реальность: после прихода к власти временного правительства экономическая ситуация стремительно ухудшается.
Воображение: виноваты в этом Янукович и Путин. Лично.
Реальность: евромайдан практически с начала наполнен ксенофобской и русофобской риторикой. «Хто не скаче, той москаль», «Геть вiд Москви», «Москалiв на ножi» и даже «дикие азиатские орды» (что является еще одной прямой отсылкой к Третьему рейху, ибо автором этого выражения является доктор Геббельс).
Воображение: нет никакой ксенофобии, что вы, что вы!
Реальность: на майдане заправляют боевики ультраправых группировок («Белый молот», «Тризуб им. Бандеры», «Викинг», «Патриот Украины» и прочих) и футбольные ультрас, имеющие откровенно расистскую и нацистскую идеологию. Это подтверждается ксенофобскими кричалками, символикой (различные свастики, руны, кельтские кресты, надписи «14/88») и даже интервью самих майдановцев, которые не считают зазорным во всем этом признаваться.
Воображение: «онижедети» и «героиукраины».
Реальность: «сотни майдана» уже несколько недель активно занимаются бандитизмом. Практически ни дня не проходит без перестрелок, ограблений, мародерства, угона автомобилей, вопиющих случаев рэкета, немотивированного насилия, попыток поджога и прочих явно уголовных проявлений.
Воображение: все это провокации «титушек», настоящие майдановцы святые.
Реальность: жители юго-востока Украины собирают огромные митинги протеста против нелегитимного «временного правительства».
Воображение: все украинцы — за майдан, а протестуют только «титушки». Путин завез их в Украину сотнями тысяч.
Реальность: попытки захвата областных администраций юго-востока были осуществлены приезжими «гастролерами», преимущественно с Западной Украины. Жители этих городов создали народные дружины самообороны и отбили (и продолжают отбивать) эти попытки. Например, в Харькове из нескольких десятков задержанных штурмовиков только один оказался харьковчанином, остальные были привезены автобусами из других городов.
Воображение: местных сторонников евромайдана «избивали» завезенные из России «наемники».
Реальность: на территории Крыма вежливые люди поддерживают спокойствие и порядок (в Севастополе уровень преступности даже снизился по сравнению с обычным).
Воображение: злобный Путин и его «кровавая гэбня» планируют устроить в Крыму геноцид, поэтому нужно срочно эвакуировать местное население.
Реальность: список пострадавших от сторонников хунты исчисляется уже сотнями, если не тысячами. Число пострадавших от «вежливых людей» — ноль.
Воображение: Россия хочет утопить Украину в крови.
Реальность: Американский авианосец дрейфует в Эгейском море и никуда не собирается. Но даже если бы он хотел плыть в Черное море, этому юридически мешает конвенция Монтрё, а физически — мост через Босфор.
Воображение: со дня на день приплывет Шестой флот США и устроит проклятым москалям Армагеддон. Чисто из любви к «украинской свободолюбивой демократии», ага.
Налицо невротическая картина мира, полностью оторванная от действительности. Почему так происходит? Выдающийся социальный психолог и философ Эрих Фромм давно дал исчерпывающий ответ на этот вопрос.
Во-первых, разительный контраст между радужными ожиданиями от евромайдана и пугающей реальностью его результатов приводит к сильнейшей фрустрации его сторонников. Психика этих людей стремится подавить фрустрирующие переживания, а проще всего это сделать через игнорирование или отрицание беспокоящих фактов. Причем внешние попытки вернуть таких людей к реальности вызывают только агрессию. «Оставьте нам наши иллюзии, — как бы кричат они, — у нас, кроме них, больше ничего нет».
Часть их сознания понимает всю глубину ситуации. Что в стране установилась диктатура, в столице и других городах беспредельничают банды ультраправых, резкий разрыв экономических отношений с Россией ведет Украину к дефолту, Украина теряет часть территорий и может вообще расколоться. Подспудное понимание есть, а для перемен ни сил, ни желания. Слабохарактерным людям проще отрицать реальность, чем признать ее непривлекательность.
Во-вторых, сторонникам майдана стыдно признаться даже самим себе, что в сложившейся на Украине обстановке есть и доля их вины. Как писал тот же Эрих Фромм, обыватели панически боятся ответственности. Поэтому они и перекладывают ее на кого попало — на бывшую оппозицию, на обстоятельства, на «папередников» (предыдущую власть) и, конечно, на козни «злобных москалей» вообще и Путина в частности.
Ну и третий фактор — это общественные ожидания. Точнее, представления этих людей о том, чего от них ожидают окружающие (и желание этим ожиданиям соответствовать). К примеру, они считают, что «ура-патриотизм» — это правильно, поэтому всячески его демонстрируют (но при этом могут годами не платить налоги или вообще работать на интересы третьих стран). То есть это не глубинные убеждения, а форма конформизма. И, естественно, массированная антироссийская пропаганда в СМИ играет в формировании подобного восприятия реальности не последнюю роль. Как говорила миссис Хадсон, «так пишет «Таймс».
